– Нет проблем. – Он заглянул ей в глаза, и она, как ни старалась, все же не сумела отвести взгляд.

– Думаю, нам самое время пожелать друг другу спокойной ночи.

– Вы правы. Спокойной ночи, Энджел. Не бойтесь, я не ем красивых женщин, даже таких маленьких, очень сексуальных и с красивой грудью.

Анжелика в очередной раз покраснела.

– Это ваш принцип, – сказала она.

– О да! Один поцелуй, ангел, и я уйду, чтобы думать о том, как мы будем с вами в следующий раз… разговаривать.

– Хорошо. – Она положила руки ему на плечи и закрыла глаза.

Поцелуй был сначала почти неощутимым, потом стал более страстным, и когда Анжелика невольно приоткрыла рот, его язык тут же проник внутрь, устроив репетицию того, что случится, если они с Брейкером окажутся раздетыми и он войдет в нее.

– Пожалуй, я не буду настаивать на вашем завтрашнем отъезде, – прошептал он.

– Нет? – рассеянно переспросила Анжелика.

Она старалась не отвечать на его ласки, но, видимо, Брейкера это ничуть не охладило. Возможно, он принадлежал к числу мужчин, которых женское сопротивление или безразличие только подстегивало к более решительным действиям.

– Я рада. Обещаю вам самым добросовестным образом работать над материалом.

Но в глубине души она чувствовала страх. С этим человеком нужно быть крайне осторожной. Он из тех, кто, по убеждению Бренды, использует и выбросит.

– Я решил дать вам проявить себя.

– Благодарю.

Он действительно пугал ее, в очередной раз показав ей, что привык держать все под контролем и делать то, чего желает в данную минуту… если желает этого.

– Не благодарите меня. Я никогда и ничего не даю просто так.

Чак полный идиот, который искренне верит, что она его любит, ему даже в голову не приходило сомневаться в ее чувствах. А теперь еще Син после долгого воздержания целует маленькую сучку, которую Чак привез с Кауаи.

Лорейн стояла на газоне перед коттеджем, скрестив руки на груди. Они не видели ее в тени огромного австралийского папоротника, да, впрочем, и не пытались разглядеть, занятые друг другом в ярко освещенной гостиной.