– Вы что, издеваетесь надо мной?

– Возможно. – Анжелика немного успокоилась. – Иногда полезно чуточку позлить собеседника, гнев заставляет его забыть об осторожности. Это один из излюбленных журналистских приемов, чтобы заставить интервьюируемого проговориться.

– Будьте готовы утром покинуть остров.

– Нет! – выпалила она.

– Господи, вы просто невыносимы.

– Знаю. – А если бы он знал, каково ей сейчас, то расхохотался бы и ушел. – Я невыносима, но вы тоже. В этом смысле мы с вами два сапога – пара.

– Утром, – повторил он.

– Ни за что! – Увидев, как Брейкер направился к двери, она торопливо добавила: – Если я завтра уеду, вы пожалеете, что не познакомились со мной поближе. Кстати, почему этот остров называется Хелл? На ад здесь совсем не похоже.

– Вряд ли вам будет тут интересно.

– Мне интересно все, что касается вас, мистер Брейкер.

Поколебавшись, он вернулся от двери.

– Меня зовут Синджун. Только не спрашивайте, откуда мой отец выкопал такое странное имя. Я никогда не мог добиться от него объяснений: то он был слишком пьян, чтобы понять мой вопрос, то слишком трезв, чтобы суметь на него ответить. Друзья всегда звали меня Сином. – Брейкер медленно подходил к девушке, и та невольно затаила дыхание. Хотя она его не видела, но ощущала его близость. – Когда я вырос, некоторые люди продолжали считать, что именно Син – мое настоящее имя. Мне повезло. Бруно Кертц понял, что у меня есть не только пара кулаков, а еще талант пилота и мозги, которые он заставил меня использовать по назначению. Бруно дал мне очень много, и я постарался не остаться в долгу. Он был великим человеком, мне его не хватает.

– Название острова, – напомнила Анжелика.

– Это просто. – Брейкер поднес к лицу прядь ее волос. – Приятный запах. Весенние розы… и немного океанской соли. Очень приятный.

Она снова напряглась – да, этот человек умел обольщать женщин. У Анжелики Дин не хватало времени на мужчин, да ей и не попадался такой, с кем захотелось бы заняться сексуальными играми. Но теперь она испытывала явное сексуальное влечение к человеку, которого считала врагом. А что еще хуже – Брейкер тоже чувствовал ее влечение и, кажется, собирался им воспользоваться.